Original "Rose of world"s text   Automatic (low quality) translation    Мы сами часто не осознаем, что утилитарный угол зрения на всё существующее стал для нас чем-то вроде нашего второго Я. Всё на свете расценивается исключительно сообразно тому, в какой мере оно полезно для человека. Но если нам давно уже кажется диким тот историко-культурный провинциализм, который возводится в политическую теорию и именует себя "национализмом", то космический провинциализм человечества покажется столь же смешным нашим потомкам. Легенда о "венце мироздания", это наследие средневековой ограниченности и варварского эгоизма, должна будет, вместе с господством покровительствующей ей материалистической доктрины развеяться как дым.   We frequently do not realize, that the utilitarian corner of sight on all existing became for us something like our second I. All on light is regarded exclusively in conformity to in what measure it is useful for the person. But if for a long time already it seems to us wild that историко-cultural provincialism which is erected in the political theory and calls itself "nationalism" space provincialism of mankind will seem to so ridiculous our descendants. The legend about " a wreath of a universe ", this heritage of medieval limitation and barbarous egoism, should, together with domination of the materialistic doctrine patronizing it(her) to vanish as a smoke.   Приходит новое мироотношение: для него человек есть существо в грандиозной цепи других существ, он совершеннее многих, но и ничтожнее многих и многих, и каждое из этих существ имеет автономную ценность, безотносительно к его полезности для человека.   Comes new мироотношение: for him(it) the person is an essence in a grandiose circuit of other essences, it(he) is more perfect than many, but also is more insignificant than many both many, and each of these essences has independent value, regardless to his(its) utility for the person.   Но как же эту ценность определить в каждом конкретном случае? какой критерий для этого взять? какую иерархию ценностей установить?   But how this value to define(determine) in each concrete case? What criterion for this purpose to take? What hierarchy of values to establish?   Можно констатировать прежде всего, что ценность, материальная или духовная, какого-либо объекта, материального или духовного, возрастает вместе с суммой усилий, затраченных на то, чтобы он стал таким, каков он есть. Конечно, когда мы применяем этот принцип к оценке живых существ, мы легко убеждаемся, что подсчитать сумму этих усилий для нас невозможно. Но возможно другое: возможно отдавать себе отчёт в том, что чем выше ступень, достигнутая существом на космической лестнице, тем сумма затраченных на это усилий (его личных, природы или Провиденциальных сил) должна быть больше. Развитие интеллекта и всех способностей человека, отличающих его от животного, потребовало неимоверного количества труда - и его собственного, и Провиденциальных сил, - сверх того труда, который был затрачен ранее на возведение животных от простейших форм до высших. На этом и основывается космическая иерархия ценностей, насколько мы можем её понять. Из неё следует, что ценность инфузории меньше ценности насекомого, ценность насекомого меньше ценности млекопитающего, ценность этого последнего ещё далека от ценности человека, ценность человека невелика сравнительно с ценностью архангела или демиурга народа, а ценность этого последнего, при всём её масштабе, теряется рядом с ценностью Владык Света, демиургов Галактики.   It is possible to ascertain first of all, that value, material or spiritual, any object, material or spiritual, grows together with the sum of the efforts spent for that it(he) became such what it(he) is. Certainly, when we use this principle to an estimation of alive essences, we are easily convinced what to count up the sum of these efforts for us it is impossible. But another is probably: it is possible to realize that the above the step achieved by an essence on a space ladder, the the sum of the efforts spent for it (his(its) personal, a nature or Провиденциальных forces) should be more. Development of intelligence and all abilities of the person distinguishing it(him) from an animal, has demanded extreme quantity(amount) of work - and his(its) own, and Провиденциальных forces, - moreover work which was spent earlier for erection of animals from the elementary forms up to the maximum(supreme). On it the space hierarchy of values as far as we can understand her(it) also is based. From it(her) follows, that value of an infusorian is less than value of an insect, value of an insect is less than value mammal, value of this last is still far from value of the person, value of the person is insignificant compared with value of the archangel or демиурга people, and value of this last, at all its(her) scale, is lost near to value of Lords of Light, демиургов Galaxies.   Если взять этот принцип изолированно, можно сделать вывод о фактической безответственности человека по отношению ко всем, ниже его стоящим: раз его ценность выше, значит, ему самой природой указано пользоваться их жизнями так, как ему это полезно.   If to take this principle separately, it is possible to draw a conclusion on actual irresponsibility of the person under the attitude(relation) to everything, is lower his(its) worth: time his(its) value is higher, means, to it(him) the nature is specified to use their lifes how it is useful for it(him).   Но никакой этический принцип не должен рассматриваться изолированно: он не самодовлеющ, он - частность в общей системе принципов, определяющих ныне бытие Шаданакара. Противовес принципу духовной ценности можно назвать принципом нравственного долга. На стадиях ниже человека и даже на ранних стадиях человечества этот принцип ещё не был осознан; теперь же его можно формулировать с точностью уже довольно значительного приближения. Вот эта формула: начиная со ступени человека, долг существа по отношению к ниже стоящим возрастает по мере восхождения его по дальнейшим ступеням.   But any ethical principle should not be considered(examined) separately: it(he) not самодовлеющ, it(he) - a particular in the general(common) system of the principles determining nowadays life Шаданакара. The counterbalance to a principle of spiritual value can be named a principle of the moral debt. At stages is lower than the person and even at early stages of mankind this principle was not realized yet; now already enough significant approach is possible to formulate it(him) with accuracy. This formula: since a step of the person, the duty of an essence in relation to below worth grows in process of his(its) ascention on the further steps.   На первобытного человека уже возлагался долг по отношению к приручаемым животным. И не в том он состоял, что человек должен был их кормить и охранять: это был ещё простой обмен, долг в низшем, материальном, а не в этическом смысле, потому что за корм и кров человек брал у домашнего животного либо его труд, либо молоко и шерсть, либо даже его жизнь (в последнем случае он, конечно, уже нарушал естественную пропорцию обмена). Этический же долг первобытного человека заключался в том, что он был должен то животное, которое приручал и которым пользовался, любить. Древний наездник, питавший глубокое чувство к своему коню, пастух, проявлявший к своему скоту не только заботу, но и ласку, крестьянин и охотник, любивший свою корову или собаку, - все они выполняли свой этический долг.   The duty was already assigned to the primitive person in relation to tamed by an animal. And not in that it(he) consist, that the person should feed and protect them: it was still a simple exchange, a duty in the lowest, material, instead of in ethical sense because for a forage and кров the person took from a domestic animal either his(its) work, or milk and a wool, or even his(its) life (in the latter case it(he), certainly, already broke a natural proportion of an exchange). The ethical duty of the primitive person consist that it(he) owed that animal whom tamed also which used to like. The ancient equestrian, питавший deep feeling to the horse, the shepherd showing to the cattle not only care, but also caress, the peasant and the hunter loved(liked) the cow or a dog, - all of them carried out the ethical duty.   Этот элементарный долг оставался общечеловеческой нормой до наших дней. Правда, отдельные высокие души, те, кого мы называем праведниками, а индусы называют более точным словом - махатма, высокий духом, - понимали новый, гораздо более высокий уровень долга, естественно вытекавший именно из их духовного величия. Жития святых полны рассказами о дружбе иноков и отшельников с медведями, волками, львами. В иных случаях это, может быть, легенды, но в других факты этого рода запротоколированы исторически точно, например - в свидетельствах о жизни св. Франциска Ассизского или св. Серафима Саровского.   This elementary duty remained universal norm up to now. To tell the truth, separate high souls, those whom we name rithteous persons, and hindus name more exact word - махатма, high spirit, - understood new, much more the high level of the debt naturally following from their spiritual greatness. Жития sacred are full stories about friendship иноков and eremites with bears, wolves, lions. In other cases it, maybe, legends, but in others the facts of this sort are recorded historically precisely, for example - in certificates on life over Франциска Ассизского or over Серафима Саровского.   Разумеется, подобный уровень долга по отношению к животным свойственен лишь ступени святости: уделом большинства человечества он не может быть так же, как и три тысячи лет назад. Но три тысячи лет - срок немалый. И ничем не оправдан тезис, будто мы и теперь обречены оставаться на том же уровне примитивного долга, что и наши далёкие предки. Если человек, блуждавший в тесном и мутном анимистическом мире, уже мог любить своего коня или пса, для нас это, по меньшей мере, недостаточно. Неужели колоссальный путь, проделанный нами с тех пор, не обязывает нас к большему? Разве мы не в состоянии любить и тех животных, от которых не получаем непосредственной пользы, - диких животных, по крайней мере, тех из них, которые не приносят нам вреда?   Certainly, the similar level of the debt in relation to an animal is peculiar only steps of sanctity: destiny of the majority of mankind it(he) can not be the same as also three thousand years back. But three thousand years - term considerable. And nothing justifies the thesis as if we and now are doomed to remain at the same level of the primitive debt, as our far ancestors. If the person, блуждавший in close and muddy анимистическом the world, already could love the horse or a dog, for us it, at least, it is not enough. Really the enormous way done by us since then, does not oblige us to the greater? Unless we are not capable to love and those animals from whom we do not receive direct advantage(benefit), - wild animals, at least, those from them which do not bring to us harm?   Тем, что мы условно называем шельтами или, если угодно, душами, то есть тончайшим иноматериальным покровом, созданным для себя бессмертной монадой, обладают все существа, включая инфузорию: без шельта невозможно никакое материальное существование, как без монады невозможно никакое существование вообще. Но монады животных находятся в одном из миров Высокого Долженствования - в Каэрмисе, души же совершают длительные пути по восходящей спирали сквозь особую сакуалу, состоящую из нескольких слоёв. Они воплощаются здесь, в Энрофе, но нисходящего посмертия у многих из них нет. Закон кармы довлеет и над ними, но для них он другой; развязывание узлов происходит только в Энрофе, на путях бесчисленных инкарнаций в пределах класса, с чрезвычайною медленностью.   That we conditionally name шельтами or, perhaps, souls, that is the most thin иноматериальным a cover created for by an immortal monad, all essences, including an infusorian have: without oaeuoa any material existence as without a monad any existence in general is impossible is impossible. But monads of animals are in one of the worlds of High Obligation - in Каэрмисе, oppress make long ways on an ascending spiral through special сакуалу, consisting of several layers. They are embodied here, in Энрофе, but descending посмертия at many of them are not present. The law кармы prevails and over them, but for them it(he) another; развязывание units occurs only in Энрофе, on ways uncountable инкарнаций within the limits of a class, with чрезвычайною a slowness.   По начальному замыслу Провиденциальных сил, Энроф был предназначен именно для животного царства, то есть для множества монад, сходивших своими шельтами сюда для того, чтобы приступить к великому творческому деянию: просветлению материальности трёхмерного слоя. Вмешательство Гагтунгра исказило этот замысел, усложнило пути, изуродовало судьбы, ужасающим образом растянуло сроки. Достигнуто это было главным образом тем, что с самого начала органической жизни в Энрофе она была подчинена закону взаимопожирания.   On initial plan Провиденциальных of forces, Энроф was intended for an animal empire, that is for set of the monads, descending(going) by the шельтами here to start great creative act: to an enlightenment of materiality of a three-dimensional layer. Intervention Гагтунгра has deformed this plan, has complicated ways, has spoiled the destinies, in horrifying image has stretched(dragged out) terms. It was achieved mainly by that from the very beginning of organic life in Энрофе she(it) was subordinated to the law взаимопожирания.   Почему так очаровательны, так милы детеныши почти всех животных? Почему, не говоря уже о волчатах и львятах, даже поросята и маленькие гиены не вызывают в нас ничего, кроме доброго и трогательного чувства? Потому что проявление демонического начала в животном начинается лишь с той минуты, когда ему приходится вступить в борьбу за жизнь, то есть подпасть закону взаимопожирания. Маленькие звереныши Энрофа напоминают те образы зверей, которыми они обладали в смежном мире, откуда впервые попадали в Энроф. Даже змеи в том слое были прелестными существами, веселыми, очень резвыми. Они танцевали, славя Бога. И ещё прекраснее, разумнее и мудрее они должны были бы стать в Энрофе, если бы не Гагтунгр.   Why so are charming, so are lovely детеныши almost all animals? Why, let alone волчатах and young lions, even pigs and small hyenas do not cause in us anything, except for kind and touching feeling? Because display of the demonic beginning in an animal begins only with that minute when it(he) should enter struggle for life that is to fall to the law взаимопожирания. Small звереныши Энрофа remind those images of animals which they had in the adjacent world, whence for the first time got in Yi?io. Even snakes in that layer were charming essences, cheerful, very quick. They danced, славя the God. And even more perfectly, more reasonably and become wiser they should in Энрофе, if not Гагтунгр.   Его деятельность провела между двумя половинами животного царства резкую черту. Одну половину ему удалось демонизировать очень сильно, поставив духовному развитию этих животных крайне низкий потолок тем, что они могли существовать не иначе, как за счёт своих собратьев. Вообще, хищное начало демонично по своей природе, и в каком бы существе мы его ни встретили, это значит, что демонические силы уже основательно поработали над ним. Другая половина животного царства была предназначена в жертву первой. Хищное начало не было в неё заброшено, эти виды ограничились растительною пищей, но прозябание в условиях почти непрерывного бегства или прятания от опасностей страшно затормозило их умственное развитие.   His(its) activity has lead(carried out) between two half of animal empire sharp fig. one half to it(him) it was possible демонизировать very strongly, having put spiritual development of these animals the lowest ceiling to that they could exist not differently as due to the colleagues. In general, the predatory beginning демонично on the nature and in what an essence we have met it(him), it means, that demonic forces have already thoroughly worked above it(him). Other half of animal empire was intended in a victim of the first. The predatory beginning not in it(her) was deserted, these kinds were limited растительною to food, but vegetation in conditions of almost continuous flight or прятания from dangers has terribly braked their intellectual development.   Цель просветления трёхмерной материальности продолжала стоять перед Провиденциальными силами. Так как животное царство оказалось к этому неспособным, по крайней мере на обозримый вперед отрезок времени, были созданы предпосылки к тому, чтобы из него выделился один вид, могущий скорее и успешнее справиться с этой задачей. Выделение этого вида имело характер стремительного рывка вперед. При этом тот родительский вид, от которого отделился новый, прогрессирующий, послужил ему как бы трамплином для прыжка. И чем стремительнее был рывок вперед человеческого рода, тем дальше откатился назад родительский вид, служивший трамплином. Позднее этот вид сформировался в отряд обезьян - трагический образец регресса. Таким образом, наш скачок от зверя к человеку был оплачен остановкой развития бесчисленного множества других существ.   The purpose of an enlightenment of three-dimensional materiality continued to face Провиденциальными to forces. As the animal empire appeared to this unable, at least on foreseeable forward an interval of time, preconditions were created to that from him(it) one kind able faster was allocated and more successfully to consult(cope) with this problem(task). Allocation of this kind had character of prompt jerk forward. Thus that parental kind from which it was separated new, progressing, has served it(him) as though as a springboard for a jump. And the jerk forward was prompter than mankind, the back the parental kind serving by a springboard further was rolled away. Later this kind was generated in group of monkeys - a tragical sample of recourse. Thus, our jump from an animal to the person was paid by a stop of development of uncountable set of other essences.   Животные демонизированы тем сильнее, чем более они хищны. Конечно, эта демонизация ограничивается их шельтами и более плотными материальными облачениями: монаду она затронуть не может. Но демонизация шельта может достигать ужасающих степеней и вызывать страшнейшие последствия. Достаточно вспомнить то, что произошло со многими видами из класса пресмыкающихся. Мезозойская эра ознаменовалась тем, что этот класс, достигший к тому времени гигантских форм, был рассечён пополам: одна половина, оставшаяся травоядной, получила в дальнейшем возможность развития в других слоях, и теперь имеется некий материальный мир, называемый Жимейрой, где прошедшие через бесчисленные инкарнации бронтозавры и игуанодоны обитают в виде вполне разумных, добрых и необыкновенно ласковых существ. Другая же половина гигантских ящеров, хищники, эволюционировали в других слоях в противоположную сторону. На них давно уже не физическое тело, а каррох, и не кто иной, как они свирепствуют в шрастрах в виде раруггов.   Animals демонизированы the more strongly, than more they хищны. Certainly, this демонизация is limited them шельтами and more dense material облачениями: she(it) can not mention a monad. But демонизация oaeuoa can reach(achieve) horrifying degrees and to cause the horrible consequences. It is enough to recollect of that has taken place with many kinds from a class kowtowing. Mesozoic era was marked by that this class which has reached(achieved) by then huge forms, was рассечён half-and-half: the one half which has stayed травоядной, has received further an opportunity of development in other layers, and now there is the certain material world named Жимейрой where past through uncountable инкарнации brontosaurs and игуанодоны live as quite reasonable, kind and unusually tender essences. Other half huge ящеров, predators, эволюционировали in other layers in the opposite party(side). On them for a long time not so physical body, and каррох, and not who other as they rage in шрастрах as раруггов.   Жимейра, нынешнее обиталище лучшей части животных древних геологических эр, уже исчезает: они переходят в более высокие слои. Полны мириадами существ два других слоя: Исонг - мир душ большинства животных, существующих ныне, сквозь который они мелькают очень быстро в промежутках между инкарнациями, и Эрмастиг - мир душ высших животных: туда поднимаются после смерти лишь представители немногих видов, да и то далеко не все. Задерживаются они в этом мире гораздо дольше, чем в Исонге.   Жимейра, the present dwelling of the best part of animals ancient geological эр, already disappears: they pass in higher layers. Other two layers are full мириадами essences: Исонг - the world of souls of the majority of the animals existing nowadays through which they flash very quickly in intervals between инкарнациями, and Эрмастиг - the world of souls of the maximum(supreme) animals: after death only representatives of few kinds there rise, and that is far from being all. They are late in this world much longer, than in Исонге.   Мне вспоминаются замечательные по своей глубине слова старца Зосимы: "Посмотри на коня али на вола... понурого и задумчивого, посмотри на лики их: какая кротость, какая привязанность к человеку, часто бьющему их безжалостно, какая незлобивость, какая доверчивость и какая красота в его лике!" Дерзнуть сказать о лошадиной или коровьей морде "лик" - для этого нужно обладать силой подлинного прозрения. Привычная для нас поверхность вещей засквозила перед вещим взором - не Зосимы, а Достоевского, и он сквозь данность увидал долженствование. Долженствование животных. Ибо уже есть мир, где ставшие души многих из них, облечённые в просветлённые тела, прекрасны и - мало сказать высоко разумны, но духовно-мудры. Этого мира, Хангвиллы, высшего в сакуале, они должны со временем достигнуть все, чтобы подниматься дальше, в Файр, Уснорм и Каэрмис.   To me remarkable words on the depth старца Зосимы are recollected: " Look at a horse али on вола... Dejected and thoughtful, look at faces of them: what mildness, what attachment to the person frequently beating them it is ruthless, what mildness, what trustfulness and what beauty in his(its) face! " Дерзнуть to tell about a horse or cow muzzle "face" - for this purpose it is necessary to have force of an original enlightenment. Habitual for us a surface of things засквозила before a prophetic look - not Зосимы, and Достоевского, and it(he) through a reality увидал obligation. Obligation of animals. For already is the worlds where becoming souls of many of them, invested in the clarified bodies, are fine and - to tell highly a little are reasonable, but are spiritual - are wise. This world, Хангвиллы, the maximum(supreme) in сакуале, they in due course should reach(achieve) everything to rise further, in Файр, Уснорм and Каэрмис.   О, гнусные следы Гагтунгровой лапы видны и на многом другом в царству животных! Ему удалось, например, надавив на некоторые шельты животных, совершить над ними насилие, которому трудно найти аналог в нашем слое. Он не то что расплющил их или раздробил, но он сделал их из индивидуальных коллективными. Индивидуальные шельты многих низших существ суть кратковременные проявления именно такого коллективного шельта. Таковы, например, большинство насекомых, не говоря уже о простейших. Индивидуальный шельт мухи или, например, пчелы - это, если так можно сказать, только малюсенькое вздутие на поверхности сферы коллективной души; умерла пчела или муха здесь, в Энрофе, - и вздутие это втянулось опять в общую сферу, влилось в шельт роя или мушиного множества. Мир коллективных душ насекомых и простейших называется Нигойда: там эти коллективные души, особенно пчел и муравьёв, разумны, видом же схожи с обликом существ, их воплощавших в Энрофе, но больше и светлее. Некоторые из них - правда, пока немногие - поднимаются выше, в Хангвиллу, и там становятся прекрасны и мудры; у них появляются даже царственность и великолепие. Хангвилла - своеобразный великий общий затомис всего животного царства, и оттуда звериные просветлённые души поднимаются через Файр уже в самый Уснорм, где принимают участие в вечном богослужении Шаданакара.   About, mean traces Гагтунгровой of a paw are visible and on much other in an empire of animals! It was possible to it(him), for example, having pressed on some шельты animals to make above them violence it is difficult for them to find analogue in our layer. It(he) not that that has flattened out them or has shattered, but it(he) has made them from individual collective. Individual шельты many lowest essences essence short-term displays such collective шельта. Are those, for example, the majority of insects, let alone the elementary. Individual oaeuo flies or, for example, bees is if so it is possible to tell, only a tiny swelling on a surface of sphere of collective soul; the bee or the fly here, in Энрофе has died, - and the swelling it was involved again in the general(common) sphere, has joined in oaeuo a plenty or мушиного sets. The world of collective souls of insects and the elementary refers to Нигойда: there these collective souls, it is especial bees and ants, are reasonable, a kind are similar to shape of essences, them воплощавших in Энрофе, but it is more and светлее. Some of them - the truth while the few - rise above, in Хангвиллу, and there become fine and wise; at them appear even царственность and magnificence. Хангвилла - original great general(common) затомис all animal empire, and therefrom the animal clarified souls rise through Файр already in most Уснорм where take part in eternal divine service Шаданакара.   Ещё более странным покажется то, что касается не живых зверей, а некоторых детских игрушек. Я имею в виду всем известных плюшевых мишек, зайцев и тому подобные безделушки. В детстве их любил каждый из нас, и каждый испытывал тоску и боль, когда начинал понимать, что это - не живые существа, а просто человеческие изделия. Но радость в том, что правее не мы, а дети, свято верящие в живую природу своих игрушек и даже в то, что они могут говорить. Нашим высшим разумом мы могли бы в этих случаях наблюдать совершенно особый процесс творения. Сначала у такой игрушки нет ни эфирного и астрального тела, ни шельта, ни, само собой разумеется, монады. Но чем больше любим плюшевый медвежонок, чем больше изливается на него из детской души нежности, тепла, ласки, жалости и доверия, тем плотнее сосредоточивается в нём та тончайшая материя, из которой создаётся шельт. Постепенно он создаётся и в самом деле, но ни астрального, ни эфирного тела у него нет, и поэтому тело физическое - игрушка - не может сделаться живым. Но когда игрушка, полностью насыщенная бессмертным шельтом, погибает в Энрофе, совершается божественный акт, и созданный шельт связывается с юной монадой, входящей в Шаданакар из Отчего лона. В Эрмастиге, среди душ высших животных, облечённых в астрал и эфир, появляется изумительное существо, для которого именно здесь должны быть созданы такие же облачения. Существа эти поражают не красотой и тем более не величием, а той невыразимой трогательностью, какой размягчает наши суровые души вид зайчонка или олененочка. В Эрмастиге эти существа тем прелестнее, что даже в соответствовавших им игрушках никогда не было ни капли зла. Они чудесно живут там вместе с душами настоящих медведей и оленей, получают там астральное тело, а потом поднимаются в Хангвиллу, как и все остальные.   That will seem to stranger, as to not alive animals, and some children's toys. I have in a kind all known teddy bears, hares and to that similar knickknacks. In the childhood of them loved each of us, and everyone missed also a pain when started to understand, that it - not alive essences, and simply human products. But pleasure that more to the right not we, and children piously trusting in wildlife of the toys and even that they can speak. Our maximum(supreme) reason we could observe completely special process of creation in these cases. First at such toy is not present a radio and astral body, шельта, it is self-evident, monads. But than we like the teddy bear more, the it is more given vent on him(it) from children's soul of tenderness, heat, caress, pity and trust, the in it(him) that most thin matter from which creates oaeuo more densely concentrates. Gradually it(he) creates and really, but neither astral, nor the radio body at him(it) is not present, and consequently the body physical - a toy - can not become alive. But when the toy completely sated immortal шельтом, perishes in Энрофе, the divine certificate(act) is made, and created oaeuo contacts the young monad which is included in Шаданакар from Why bosoms. In Эрмастиге, among souls of the maximum(supreme) animals invested in астрал and the ether, appears an amazing essence for which here should be created same облачения. Essences amaze these not with beauty and the more so not greatness, and that inexpressible touching what softens our severe souls a kind зайчонка or олененочка. In Эрмастиге these essences the more charm, what even in the toys appropriate to them never was drops of evil. They wonderfully live there together with souls of the present bears and deers, receive there an astral body, and in Хангвиллу, as well as all others then rise.   Я имею возможность едва наметить путь к решению проблем, связанных с трансфизикой и эсхатологией животного царства. Но и этого достаточно для того, чтобы понять, насколько эта проблематика сложнее, чем представлялось мыслителям старых религий. Упрощённая формула "животные не знают греха" нисколько не отвечает существу дела. Если под грехом в данном случае подразумевается такое состояние сексуального сознания, при котором отсутствуют чувство стыда и идея о запретности некоторых проявлений половой сферы, то животные, действительно, греха "не знают". Но правильнее было бы сказать, что для них эти проявления - не запрещённое, не наказуемое кармой, не грех. С другой стороны, понятие греха неизмеримо шире половой сферы. Злоба, жестокость, необоснованный и необузданный гнев, кровожадность, ревность - вот грехи животного царства, и у нас нет никаких данных судить о том, в какой мере те или иные животные осознают эти проявления и их недолжность. К тому же это и не решает вопроса о самом наличии или отсутствии для них такого запрета. Нелепо думать, что закон становится действен только тогда, когда он осознан. Закон тяготения был осознан только Ньютоном, но подвержены ему были все и всегда. Сознают ли животные некий высший закон или нет, смутно ощущают его или никак не ощущают - всё равно: причинность есть причинность, карма есть карма. Насколько я понимаю, голодный лев, умерщвляющий антилопу, не несёт личной вины, поскольку для него это необходимость, но несёт вину своего вида или класса - древнюю вину всех хищников. Сытый же тигр, нападающий на антилопу только от избытка личной кровожадности и злобы, кроме общевидовой вины несёт и личную, ибо он не принужден к умерщвлению своей жертвы необходимостью. Волк, обороняющийся против собак и загрызающий одну из них в борьбе, не виновен лично, но виновен как представитель хищного вида, предки которого некогда сделали выбор в этом направлении. Здесь своего рода первородный грех. Но упитанная и откормленная кошка, играющая мышью ради развлечения, виновна и первородной виной, и своей личной, так как в её действии не было необходимости. Скажут: перенесение человеческих, даже юридических, понятий на мир животных. Но понятие вины есть понятие не юридическое только, а трансфизическое, метаисторическое, онтологическое. В различных царствах природы, для различных иерархий меняется содержание понятия вины, но решительно ни из чего не следует, что понятие это и стоящая за ним реальность кармы присуши только человечеству.   I have an opportunity hardly to plan a way to the decision of the problems connected with трансфизикой and эсхатологией of an animal empire. But also it it is enough to understand, as far as this problematics is more complex(difficult), than it was represented to thinkers of old religions. The simplified formula " animals do not know a sin " at all does not answer an essence of an affair. If the sin in this case is meant as such condition of sexual consciousness at which there is no feeling of shame and idea about запретности some displays of sexual sphere animals, really, "do not know" a sin. But would be more correct to tell, that for them these displays - not forbidden, not punishable кармой, not a sin. On the other hand, the concept of a sin is immeasurably wider than sexual sphere. The rage, cruelty, unreasonable and unrestrained anger, bloodthirstiness, jealousy - sins of an animal empire, and at us is not present any given to judge in what measure those or other animals realize these displays and them недолжность. Besides it also does not solve a question on the presence or absence for them such interdiction. It is ridiculous to think, that the law becomes действен only then when it(he) is realized. The law of gravitation was realized only by Newton, but all were subject to it(him) and always. Whether understand animals a certain supreme law whether or not, vaguely feel it(him) or in any way do not feel - all the same: causality is causality, карма is карма. As far as I understand, the hungry lion destroying an antelope, does not bear(carry) personal fault as for him(it) it is necessity, but bears(carries) fault of the kind or a class - ancient fault of all predators. The full tiger attacking an antelope only from surplus of personal bloodthirstiness and rage, except for общевидовой bears(carries) faults also personal for it(he) is not forced to killing the victim by necessity. The wolf defending against dogs and загрызающий one them in struggle, is not guilty personally, but guilty& as the representative of a predatory kind which ancestors there is no time have made a choice in this direction. Here some kind of a fall of man. But the well-fad and well-fed cat, playing the mouse for the sake of entertainment, is guilty both first-born fault, and personal as in its(her) action there was no necessity. Will tell: transferring human, even legal, concepts on fauna. But the concept of fault is concept not legal only, and transphysical, metahistorical, ontologic. In various empires of a nature, for various hierarchies the maintenance(contents) of concept of fault varies, but is resolute from anything does not follow, that concept it and a reality standing up for by it(him,them) кармы присуши only to mankind.   Ни крупицы новых идей не внесла в эту область и безрелигиозная эпоха мысли. Напротив: преобладающий в современности взгляд на животных стал слагаться из двух противоречивых начал: утилитарного и эмоционального. При этом животный мир был расчленен на категории в зависимости от того, каково отношение данного вида к человеку. Прежде всего, конечно, животные домашние: за ними ухаживают, иногда даже любят, если коровка заболеет - над, ней проливают слезу, но если она перестанет доиться, её отводят, скорбно вздыхая, в некое место, где любимое животное будет превращено во столько-то пудов мяса. Этим мясом хозяин, с детски невинным самочувствием, будет кормиться сам и кормить своё семейство. Вторая категория - значительная часть диких животных, включая и рыбу: их не приручают, не осчастливливают заботой, их просто ловят или убивают на охоте. В-третьих - хищники и паразиты: с ними разговор прост, их уничтожают, где и как могут. И ещё можно выделить четвёртую группу: это некоторая часть животных диких, в особенности птиц, полезная тем, что она уничтожает вредителей. Этой категории предоставляется жить и размножаться, а в иных случаях, как, например, к скворцам или аистам, проявляется даже покровительство. Что касается остальных животных, от ящериц и лягушек до галок и сорок, то их иногда ловят для научных опытов или просто для забавы, мальчишки швыряют в них камнями, но чаще их просто не замечают с высоты своего величия.   The particle of new ideas was brought to this area and безрелигиозная with epoch of idea. On the contrary: the sight prevailing in the modernity(present) on animals began to be composed from two inconsistent beginnings: utilitarian and emotional. Thus the fauna was dismembered on a category depending on what attitude(relation) of the given kind to the person. First of all, certainly, animals domestic: them look after, sometimes even like, if коровка will be ill - above, it(her) spill tear but if she(it) will cease to be milked, her(it) allocate(remove), mournfully sighing, in a certain place where the favourite animal will be transformed in so much poods of meat. This meat the owner, with детски innocent state of health, will be fed itself and to feed the family. The second category - a significant part of wild animals, switching and a fish: them do not tame, do not make happy with care, them simply catch or kill on a hunt. Thirdly - predators and parasites: with them conversation is simple, them destroy, where and as can. And still it is possible to allocate the fourth group: it is some part of animals wild, in particular the birds, useful to that she(it) destroys wreckers. This category is given to live and be made multiple copies, and in other cases as, for example, to starlings or storks, protection is shown even. As to other animals, from lizards and frogs up to daws and forty them sometimes catch for scientific experiences or it is simple for an entertainment, boys throw in them stones, but is more often than them simply do not notice from height of the greatness.   Такова схема, конечно, очень грубая, утилитарного отношения к животным. Эмоциональный же элемент заключается в том, что большинство из нас способно испытывать к тем или другим видам и особям род симпатии либо настоящей привязанности, либо эстетического восхищения. Кроме того, многим ещё свойственно, слава Богу, общее сострадательное сочувствие к животным: отчасти этому сочувствию звериный мир обязан тем, что во многих странах имеется даже законодательство по вопросам их охраны и функционирует сеть добровольных обществ, этой охране себя специально посвятивших. В соединении с таким могучим союзником, как утилитарная забота о том, чтобы ценные в промысловом отношении виды не были совершенно истреблены, это эмоциональное отношение сделало возможным учреждение заповедников. А в порядке исключения некоторые заповедники и вовсе не имеют утилитарного смысла - например, существующие во многих местах питательные пункты для голубей.   The circuit, certainly, very rough, the utilitarian attitude(relation) to an animal is those. The emotional element consists that the majority of us is capable to test a sort of sympathy either the present attachment, or aesthetic admiration to these or those kinds and individuals. Besides, thank God, the general(common) compassionate sympathy for an animal still(even) is peculiar to much: partly to this sympathy the animal world is obliged to that in many countries there is even a legislation on questions of their protection and the network of volunteer societies, this protection of specially devoted functions. In connection with such mighty ally as utilitarian care of that valuable kinds in the trade attitude(relation) were not completely exterminated, this emotional attitude(relation) has made possible(probable) establishment of reserves. And by way of exception some reserves and at all have no utilitarian sense - for example, nutritious items(points) existing in much(many) places for pigeons.   Я говорю, разумеется, об отношении к животным в Европе, Америке, многих странах Востока. Но Индия являет собою совсем иную картину. Брахманизм, как известно, издавна запретил вкушение различных сортов мяса, свёл фактическое питание человека к молочной и растительной пище, обработку кож и мехов объявил греховным и нечистым делом, а корову и некоторые другие виды провозгласил священными животными.   I speak, certainly, about the attitude(relation) to an animal in Europe, America, many countries of the East. But India shows itself absolutely other picture. Брахманизм, as is known, has long since forbidden taste of various grades of meat, has reduced an actual feed(meal) of the person to dairy and vegetative food, processing of leather(skin) and furs has declared sinful and dirty business, and the cow and some other kinds has proclaimed sacred animals.   И прекрасно сделал.   Also has perfectly made.    Европейца, конечно, смешит и возмущает зрелище коровы, невозбранно разгуливающей по базару и берущей с любого лотка всё, что ей приглянется. Не буду оспаривать, что религиозное поклонение корове - специфика только индийского мироотношения и быть предметом подражания в наш век не может. Но чувство, лежащее в основе этого поклонения, так чисто, возвышенно, так свято, что само заслуживает преклонения перед ним. Это психологическое основание культа коровы хорошо разъяснил Ганди. Он указал, что корова в данном случае есть олицетворение всего живого, стоящего ниже человека; смиренное преклонение перед ней, служение ей в виде бескорыстного за ней ухода, ласки и украшения выражает религиозную идею и этическое чувство нашего долга перед этим миром живых существ, идею покровительства и помощи всему слабому, нижестоящему, всему, не успевшему ещё развиться до высших форм; больше того: это есть ещё и выражение иррационального чувства глубокой общечеловеческой вины перед звериным царством, ибо человек выделился из этого царства ценой отставания и деградации более слабых. Выделился - и, выделившись, усугубил свою вину беспощадной эксплуатацией слабейших; с течением веков эта общечеловеческая вина росла, как снежный ком, и наконец достигла необозримых, неохватываемых размеров.   The European, certainly, makes laugh and revolts a show of the cow, невозбранно walking about on a market and taking with any tray everything, that to it(her) will attract. I shall not challenge, that religious worship the cow - specificity only Indian мироотношения and is a subject of imitation in our century can not. But the feeling underlying this worship so it is clean, loftily, so piously, that itself deserves a worship for it(him). This psychological basis of a cult of the cow has well explained Ганди. It(he) has specified, that the cow in this case is олицетворение all alive person worth below; the restrained worship for it(her), service to it(her) as a disinterested leaving(care) of it(her), caress and ornaments expresses religious idea and ethical feeling of our debt before this world of alive essences, idea of protection and the help to all weak, subordinate, to everything which have not had time still(even) to be developed up to the maximum(supreme) forms; it is more than that: It is also expression of irrational feeling of deep universal fault before an animal empire for the person was allocated from this empire by backlog and деградации weaker. It was allocated - and, having allocated, has aggravated the fault ruthless operation of the weakest; with current of centuries this universal fault grew, as snow whom, and at last has reached(achieved) the vast, not covered sizes.   Слава тому народу, который сумел возвыситься до такого понимания, не в уме единиц, а в совести множества!   The glory to that people which has managed to raise up to such understanding, not in mind(wit) of units, and in conscience of set!   Что, какую идею, какую этику можем противопоставить этой этике мы, мы, кичащиеся тем, что столько веков исповедуем христианство?   That, what idea, what ethics we can oppose these ethics, we proud of what so much centuries profess christianity?   В моей жизни был один случай, о котором я должен здесь рассказать. Это тяжело, но я бы не хотел, чтобы на основании этой главы о животных у кого-нибудь возникло такое представление об авторе, какого он не заслуживает. - Дело в том, что однажды, несколько десятков лет назад, я совершил сознательно, даже нарочно, безобразный, мерзкий поступок в отношении одного животного, к тому же принадлежавшего к категории "друзей человека". Случилось это потому, что тогда я проходил через некоторый этап или, лучше сказать, зигзаг внутреннего пути, в высшей степени тёмный. Я решил практиковать, как я тогда выражался, "служение Злу" - идея, незрелая до глупости, но благодаря романтическому флеру, в который я её облек, завладевшая моим воображением и повлекшая за собой цепь поступков, один возмутительнее другого. Мне захотелось узнать, наконец, есть ли на свете какое-либо действие, настолько низкое, мелкое и бесчеловечное, что я его не осмелился бы совершить именно вследствие мелкого характера этой жестокости. У меня нет смягчающих обстоятельств даже в том, что я был несмышленым мальчишкой или попал в дурную компанию: о таких компаниях в моём окружении не было и помину, а сам я был великовозрастным багагаем, даже студентом. Поступок был совершен, как и над каким именно животным - в данную минуту несущественно. Но переживание оказалось таким глубоким, что перевернуло моё отношение к животным с необычайной силой и уже навсегда. Да и вообще оно послужило ко внутреннему перелому. И если бы на моей совести не было этого постыдного пятна, я, может быть, не испытывал бы теперь ко всякому мучению или убийству животного такого омерзения, иногда даже до полной потери самообладания. В ряду аксиом, ясных для меня как дважды два, одно из первых мест занимает вот эта: в подавляющем большинстве случаев (исключая только самозащиту от хищников, паразитов да случай отсутствия других источников питания) умерщвление и тем более мучительство животных безобразно, недопустимо, недостойно человека. Это - нарушение одной из тех этических основ, лишь твердо стоя на которых человек имеет право именоваться человеком.   In my life one case about which I should tell here was. It is hard, but I would not want, that on the basis of this chapter about animals somebody had such representation about the author whom it(he) does not deserve. - The matter is that once, some tens years back, I have made meaningly, even purposely, a ugly, vile act concerning one animal, besides belonging to a category " friends of the person ". There was it because then I passed through some stage or, it is better to tell, a zigzag of an internal way, extremely dark. I have decided to practise, as I then was expressed, " service to Harm " - idea, unripe up to nonsense, but due to romantic флеру with which I have invested her(it), taking hold of my imagination and the circuit which has entailed behind self of acts, one is more shocking than another. Whether it wanted to me to learn(find out), at last, there is on light any action, so low, fine and brutal, that I would not dare to make it(him) owing to fine character of this cruelty. I do not have softening circumstances even that I was the innocent boy or has got in the bad company: about such companies in my environment was not and помину, and I was overage багагаем, even the student. The act was accomplished, as well as above which animal - at present it is insignificant. But experience appeared such deep, that has turned my attitude(relation) to an animal with extraordinary force and already for ever. And in general it has served to internal crisis. And if on my conscience there was no this shameful stain, I, maybe, would not test now to any torture or murder of animal such loathing, sometimes even before full loss of self-control. In a number of the axioms clear for me as twice two, one of the first places this borrows(occupies): In overwhelming majority of cases (excluding only self-defense from predators, parasites yes a case of absence of other power supplies) killing and the more so мучительство animals ugly, is inadmissible, is unworthy the person. It - infringement of one of those ethical bases, only firmly costing(standing) on which the person has the right to be called as the person.   Конечно, охота, как основное средство существования некоторых отсталых племен, никакому нравственному осуждению быть подвергнута не может. Надо быть фарисеем от вегетарианства, чтобы "изобличать" готтентота или гольда, для которых отказ от охоты равносилен смерти. Да и каждый из нас, попав в подобные условия, может и должен поддержать жизнь свою и других людей охотой: жизнь человека ценнее жизни любого животного.   Certainly, the hunt as the basic means of existence of some backward tribes, any moral condemnation be subjected can not. It is necessary to be фарисеем from vegetarianism "to expose" готтентота or гольда for which refusal of a hunt is equivalent to death. And each of us, having got in similar conditions, can and should support life the and other people a hunt: human life ценнее lifes of any animal.   По этому же самому человек имеет право на самозащиту от хищников и паразитов. Хорошо известно, что многие джайны и некоторые последователи крайних течений буддийской этики вкушают воду не иначе, как сквозь марлю, а при ходьбе на каждом шагу подметают перед собой дорогу. В Индии даже находились, кажется, такие аскеты, которые давали себя заедать паразитам. Ярчайший пример того, как любую мысль можно довести до абсурда! А ошибка здесь в том, что ради сбережения жизни насекомых и даже простейших - то есть существ наименьшей ценности - человек ставится в условия, при которых и его социальный, и его технический прогресс делаются невозможными. Отбрасываются все виды транспорта как источник гибели множества мелких существ, запрет налагается даже на сельское хозяйство, вообще на обработку почвы, так как и она влечёт за собой гибель миллиардов маленьких жизней. В современной Индии джайны занимаются по преимуществу свободными профессиями и торговлей. Но что стали бы они делать, если бы к этому воззрению примкнуло большинство человечества? Конечно, такое отношение к вещам, при котором восходящему движению человеческого рода ставится непроницаемый потолок, не может быть признано правильным.   On same itself the person has the right to self-defense from predators and parasites. Well-known, that many джайны and some followers of extreme currents of Buddhist ethics taste water not differently as through a gauze, and at walking continually sweep before itself road. In India even were, it seems, such ascetics who gave itself заедать to parasites. Ярчайший an example of how any idea can be finished to the point of irrationality! And a mistake here that for the sake of the savings of life of insects and even - that is essences of the least value - the person is laid down the elementary in conditions at which both his(its) social, and his(its) technical progress are done(made) impossible. All types of transport as a source of destruction of set of fine essences are rejected, the interdiction is imposed even on an agriculture, in general on processing of ground as also she(it) entails destruction of billions small lifes. In modern India джайны are engaged on advantage in liberal professions and trade. But what they if this view was adjoined with the majority of mankind would began to do(make)? Certainly, such attitude(relation) to things at which to ascending movement of mankind the impenetrable ceiling is put, can not be recognized correct.   Но что же такое паразиты и простейшие - не с материалистической, а с трансфизической точки зрения? Это существа, имеющие, как и большинство других насекомых, коллективные души, но крайне отставшие в своём пути. Собственно, тут даже не простое отставание, а активная демонизация Гагтунгром коллективных шельтов. В Нигойде эти шельты находятся в состоянии рабствования, разумны лишь отчасти, и им предстоит дорога становления, исключительная по своей медлительности и длине. Просветление им принесёт только момент перехода нашей планеты в третий эон. Теперь же паразиты, то есть существа наименьшей ценности, прозябают и жиреют за счёт существ высшей сравнительно ценности: животных и человека. Поэтому мы вправе их истребить, ибо другого выхода на данном этапе нет.   But what such parasites and the elementary - not with materialistic, and with transphysical the points of view? These are the essences having, as well as the majority of other insects, collective souls, but extremely отставшие in the way. Actually, here even not simple backlog, and active демонизация Гагтунгром collective шельтов. In Нигойде these шельты are in a condition рабствования, are reasonable only partly, and the road of becoming, exclusive on the sluggishness and length is necessary them. The enlightenment him(it) will bring only the moment of transition of our planet in the third эон. Now parasites, that is essences of the least value, vegetate and grow fat due to essences of the maximum(supreme) rather values: animals and the person. Therefore we have the right to exterminate them for other output(exit) at the given stage is not present.   Хищники существуют за счёт смертей существ той же ценности, то есть животных, и за счёт человека, существа высшей ценности. Те виды хищников, изменить хищную природу которых мы не в состоянии, постепенно должны быть в Энрофе истреблены. Постепенно - не потому только, что иначе это неосуществимо, но и потому, что за такой период времени могут обнаружиться средства к изменению даже их природы. Безусловно, природа многих хищных видов, особенно среди высших млекопитающих, может быть совершенно изменена. Достаточно вспомнить собаку, этого бывшего волка, ныне способного обходиться без мясной пищи совсем, и это даже несмотря на то, что человек никогда не ставил себе задачи сделать собаку вегетарианцем. На полурастительную пищу собака была переведена вследствие чисто хозяйственных соображений человека, но успех этого мероприятия указывает на перспективы в этой области, едва ещё приоткрывающиеся нашему опыту. Таким образом, охота на хищников есть второй вид охоты, который на настоящем этапе человечества ещё не может быть осужден. Необходим только, наряду с ней, другой ряд мероприятий: о них я скажу ниже.   Predators exist due to death of essences of the same value, that is animals, and due to the person, an essence of the maximum(supreme) value. Those kinds of predators to change which predatory nature we are not capable, gradually should in Энрофе be exterminated. Gradually - not therefore only, that differently it is impracticable, but also because for such period of time means to change even their nature can be found out. Certainly, a nature of many predatory kinds, it is especial among the maximum(supreme) mammal, can be completely changed. To recollect a dog, this former wolf, nowadays capable to do without meat food absolutely, and it even enough in spite of the fact that the person never put to itself problems(tasks) to make a dog the vegetarian. On полурастительную food the dog was transferred(translated) owing to only economic reasons of the person, but the success of this action specifies prospects in this area, hardly still slightly opened to our experience. Thus, the hunt for predators is the second kind of a hunt which at the present stage of mankind can not be condemned yet. Other number(line) of actions is necessary only, alongside with it(her): about them I shall tell below.   Но что подлежит безоговорочному упразднению, даже строгому запрету, так это охота-спорт. Превосходно отдаю себе отчёт в том, какой вопль поднимут любители избиения косуль и куропаток, если требование, высказанное здесь, получит распространение в обществе и превратится из утопических мечтаний отдельных чудаков в настоятельный призыв всей передовой части человечества. Доводы нетрудно предсказать наперёд. Будут привлечены на помощь все аргументы, какие только способен измыслить изворачивающийся ум, когда он мобилизуется на подмогу ущемлённому инстинкту. Закричат, например, о пользе охоты, закаляющей наш организм (как будто его нельзя закалять другими способами), укрепляющей характер, волю, находчивость, мужество (как будто при охоте на дичь человек имеет дело с какой-нибудь опасностью). Посыплются уверения, что охота, в сущности, только предлог, только средство, истинная цель которого - наслаждение природой: как будто ею нельзя наслаждаться без дополнительного удовольствия - зрелища зайца, настигаемого псом. Будут сооружаться блестящие психологические построения a la Кнут Гамсун в доказательство того, что охотничье чувство есть нечто неотъемлемо присущее человеку и что прелесть охоты именно в том, что удовлетворение этого чувства соединяется с ощущением "себя в природе": дескать, не глазами праздношатающегося горожанина, не "извне" я на неё смотрю, а я сам - природа, поелику прячусь за деревом и подкарауливаю. Но сколько бы ты ни воображал себя, голубчик, частью природы, все твои ощущения не стоят одного взгляда угасающих глаз подстреленного тобой гуся. И все эти увертки лукавствующего ума опровергаются одной короткой фразой Тургенева. Сам страстный охотник, он был честен и с читателем, и с самим собой; он понял и высказал твердо и ясно, что охота не находится с любовью к природе ни в какой связи. Вот эта фраза:   But that is subject to unconditional abolition, even to a strict interdiction so it is hunt - sports. Excellently I give itself the report in what cry will be lifted by fans(amateurs) of beating косуль and partridges if the requirement stated here, will be extended in a society and will turn from utopian dreams of separate odd fellows in a urgent appeal of all advanced part of mankind. Reasons are uneasy for predicting beforehand. All arguments what only it is capable to invent изворачивающийся mind(wit) when it(he) will be mobilized on help to the restrained instinct will be involved to the aid. Will cry, for example, about advantage(benefit) of a hunt, закаляющей our organism (as though it(he) cannot be tempered other ways), strengthening character, will, resource, courage (as though at a hunt for game the person deals with any danger). Посыплются assurances, that a hunt, in effect, only a pretext, only means, which the true purpose - pleasure by a nature: As though she(it) cannot be enjoyed without additional pleasure - shows of a hare, настигаемого a dog. Brilliant psychological constructions a la Whip Гамсун in the proof of will be constructed that the hunting feeling is something неотъемлемо inherent in the person and that charm of a hunt that the satisfaction of this feeling incorporates to sensation " itself in a nature ": say, not eyes праздношатающегося the townspeople, not "from the outside" I on it(her) look, and I - a nature, поелику hide behind a tree and I watch. But how many you imagined yourself, the smart guy, a part of a nature, all your sensations do not cost(stand) one sight of dying away eyes of the goose hit by you. And all these subterfuges лукавствующего mind(wit) are denied by one short phrase Тургенева. The passionate hunter, it(he) was fair both with the reader, and with itself; it(he) has understood and has stated firmly and clearly, that the hunt is not with love to a nature in any communication(connection). This phrase:   "Природой на охоте я любоваться не могу - всё это вздор: ею любуешься, когда лежишь или присядешь отдохнуть после охоты. Охота - страсть, и я, кроме какой-нибудь куропатки, которая сидит под кустом, ничего не вижу и не могу видеть. Тот не охотник, кто ходит в дичные места любоваться природой" (Д. Садовников. Встречи. О Тургеневе).   " On a hunt I can not admire the Nature - all this a nonsense: her(it) you admire, when you lay or you will sit down to have a rest after a hunt. A hunt - passion, and I, except for any partridge which sits under a bush, nothing see and I can not see. That not the hunter who goes in дичные places to admire a nature " (A. Gardeners. Meetings. About Тургеневе).   Сказано открыто и ясно. Зачем же другие морочат себя и окружающих, оправдывая охоту любовью к природе?   It is told openly and clearly. What for others морочат itself and associates, justifying a hunt love to a nature?    Ах, знаю, знаю этот тип: храбрость, честность, прямота, зоркий глаз, широкие плечи, обветренное лицо, обстоятельная речь, иногда соленая шутка, - ну, чем не образец человека-мужчины? И уважают его кругом, и сам себя он уважает - за крепость нервов (она кажется ему силой духа), за трезвый взгляд на вещи (он принимает это за разум), за объём бицепсов (это представляется ему достойным "царя природы"), за орлий, как ему кажется, взор. А изучишь попристальней, заглянешь за этот импозантный фасад - а там только клубок из всех разновидностей эгоизма. Он мужественен и храбр - потому что он физически крепкий самец и потому, что трусить не позволяет ему влюблённость в собственное великолепие. Он прям и честен - потому что сознание этих достоинств позволяет ему разумно обосновывать собственное поклонение себе. А что глаза его, видевшие столько содроганий убитых им существ, остались ясны и чисты, яко небеса, - так это не к украшению ею, а к позору.   Ah, I know, I know this type: bravery, honesty, frankness, a sharp-sighted eye, the wide shoulders, the exposed to the wind person, detailed speech, sometimes a salty joke, - well, than not a sample of the person - man? Also respect his(its) circle, and it(he) respects itself(himself) - for a fortress of nerves (she(it) seems to it(him) strength of mind), for a sober sight on a thing (it(he) accepts it for reason), for volume of bicepses (it is represented to it(him) worthy " king of a nature "), for орлий as it seems to it(him), a look. And you will study more steadfastly, you look for this imposing facade - and there only клубок from all versions of egoism. It(he) is courageous and brave - because it(he) physically strong самец and consequently what to be afraid love for own magnificence does not allow it(him). It(he) is direct and fair - because the consciousness of these advantages allows it(him) to prove own worship reasonably. And that the eyes of it(him) seeing so much of shudders of essences killed by him(it), have remained are clear and pure(clean), яко heavens, - so it not to an ornament her(it), and to a shame.   О, этот тип найдешь вовсе не среди обитателей тайги или пампасов. Ему только хочется походить на подлинных таежников, ему хочется, чтобы все поражались, как это он сумел так гармонически соединить в себе высококультурного европейца с гордым сыном природы. А правда в том, что это - продукт городской цивилизации, рассудочный, себялюбивый, жестокий и чувственный, как она, но одной половиной своего существа атавистически оттягиваемый назад, на давно минованные стадии культуры. Таких встретишь больше, чем захочешь, и среди физиков, и среди биологов, и среди журналистов, и среди хозяйственников и администраторов, и среди художников, и даже среди академиков. В мировой литературе есть мощное течение, созданное такими людьми или теми, кто примыкал к этому типу некоторыми существенными чертами натуры. Оно плещет в романах Гамсуна, врывается в рассказы Лондона, клокочет уже безо всякого удержу в стихах и повестях Киплинга, отравляет ядовитой струйкой настоящую любовь к природе в прелестных очерках Пришвина. Оправдание жестокости, как якобы неизбежного закона жизни, культ зоологического эгоизма, идеал сильного хищника, бессердечие к живому, прикрытое романтикой приключений и путешествий и подслащённое поэтическими описаниями картин природы, - давно пора бы назвать всё это собственными именами!   About, this type you will find at all among inhabitants of a taiga or a pampas. It(he) only would like to resemble on original таежников, it(he) would like, that all were amazed, how it it(he) has managed so harmoniously to unite the highly cultured European with the proud son of a nature. And the truth that it - a product of a city civilization, rational, selfish, severe and sensual, as she(it), but one half of essence атавистически delayed back, on for a long time минованные stages of culture. Such you will meet more, than you will want, both among физиков, and among biologists, both among journalists, and among business executives and managers, and among artists, and even among academicians. In the world(global) literature there is the powerful current created by such people or those who adjoined to this type some essential features of a nature. It плещет in novels Гамсуна, rushes into stories of London, bubbles already without everyone I shall keep in verses and stories Киплинга, poisons poisonous струйкой the present love to a nature in charming sketches Пришвина. The justification of cruelty as ostensibly the inevitable law of life, the cult of zoological egoism, an ideal of a strong predator, callousness to alive, covered with romanticism of adventures and travels and sweetened with poetic descriptions of pictures of a nature, - for a long time would be time to name all this own names!   Нет права, у нас нет абсолютно никакого права покупать наши удовольствия ценою страданий и смерти живых существ. Если не умеешь иными путями ощущать себя частью природы - и не ощущай. Лучше оставаться совсем "вне природы", чем быть среди неё извергом. Потому что, входя в природу с ружьем и сея вокруг себя смерть ради собственного развлечения, становишься жалким игралищем того, кто изобрел смерть, изобрел закон взаимопожирания и кто жиреет и разбухает на страданиях живых существ.   There is no right, we do not have absolute any right to buy our pleasures ценою sufferings and death of alive essences. If not you are able to feel as other ways yourself a part of a nature - and do not feel. It is better to remain absolutely " outside of a nature " than to be among it(her) the monster. Because, entering into a nature with a gun and сея around of yourself death for the sake of own entertainment, you become pity игралищем the one who has invented death, has invented the law взаимопожирания and who grows fat and inflates on sufferings of alive essences.   И ещё будут говорить: "Ха! что - звери: люди гибнут миллионами в наш век - и от войн, и от голода, и от политических репрессий, - нашёл, дескать, время, рыдать по поводу белок и рябчиков!" - Да, нашёл. И никак не могу понять, какое отношение имеют мировые войны, репрессии и прочие человеческие безобразия к вопросу о животных? Почему животные должны погибать ради забавы лишённых сердца бездельников, пока человечество утрясет, наконец, свои социальные дела и займётся на досуге смягчением нравов? Какая связь одного с другим? Разве только та, что, пока человечество терзает само себя войнами и тираниями, общественная совесть будет слишком оглушённой, пришибленной и суженной для того, чтобы чувствовать всю гнусность охоты и рыбной ловли.   Also will speak still: " Ха! That - animals: people perish in millions in our century - both from wars, and for famine, and from political reprisals, - has found, say, time to sob concerning fiber and hazel grouses! " - Yes, has found. Also I can not understand in any way, what attitude(relation) world wars have, reprisals and other human disgraces to a question on animals? Why animals should perish for the sake of an entertainment of the idlers deprived heart while the mankind will settle, at last, the social affairs and will borrow(occupy) at a leisure with mitigation of customs? What communication(connection) of one with another? Unless only that while the mankind torments itself with wars and tyrannies, public conscience will be too deafened, пришибленной and narrowed to feel all foulness of a hunt and fishing.   Да, и рыбной ловли. Той самой рыбной ловли, которой мы так любим предаваться на поэтическом фоне летних зорь и закатов, умиляясь и отдыхая душой среди окружающей идиллии, а пальцами ухватывая извивающегося червяка, прокалывая его тельце крючком и в ребяческом недомыслии не понимая, что он испытывает теперь то же, что испытывали бы мы, если бы чудовище величиной с гору ухватило нас за ногу, проткнуло наш живот железным бревном и бросило в море, навстречу подплывающей акуле   Yes, and fishing. That fishing which we so like to be betraid on a poetic background years(summer) зорь and declines, being moved and having a rest soul among environmental idyll, and fingers seizing a coiling worm, piercing it(him) тельце a hook and in childish thoughtlessness not understanding, that it(he) tests now the same, that we if the monster in size about mountain has seized us for a leg would test, has pierced our stomach an iron log and has stopped in the sea, towards to a swimming up shark   "Хорошо, - скажут, - но ведь ловить рыбу можно и не на червяка, - на хлеб, на блесну и т. п." - Да можно. И для пойманной рыбы, безусловно, великим утешением послужит мысль, что она гибнет, одураченная не червяком, а блестящей жестянкой.   " It Is good, - will tell, - but you see to fish it is possible and not on a worm, - on bread, on блесну etc. " - Yes it is possible. And for the caught fish, certainly, a great consolation the idea will serve, that she(it) perishes, made a fool not a worm, and a brilliant tin.   Находятся ещё и такие осколки далёкого прошлого, которые продолжают верить всерьёз, будто рыба или рак не могут испытывать страдания, потому что у них, мол, холодная кровь. Действительно, во времена оны, человечество, не имея понятия о физиологии животных, воображало, что чувствительность есть функция температуры крови. Между прочим, вследствие именно этого заблуждения рыба была семитическими религиями включена в список постных блюд и ею не брезговали лакомиться даже праведники. Боже упаси их осуждать: религиозный опыт души, как велик и высок он ни был бы, не покрывает опыта науки (как и наоборот); наука же тогда находилась в детском возрасте, и никто, даже праведники, не ответственны за мысль, будто холоднокровные животные не испытывают боли. Но ведь теперь-то мы знаем, что это чушь. Теперь-то ведь понимаем, что рыба, болтающаяся на крючке или извивающаяся на песке, корчится от боли, а не от чего другого! Ну, так как же? Белые ризы поэтического созерцания, которыми мы облекаемся в буколические часы сидения с удочкой, - не забрызгиваются ли они до омерзения кровью, слизью, и внутренностями живых существ, тех самых, которые резвились в прозрачной воде и могли бы жить и дальше, если бы не наша, с позволения сказать, любовь к природе?   Are also such splinters of the far past which continue to trust seriously as if a fish or a cancer the pier, cold blood can not test suffering because at them. Really, in times оны, the mankind, not having concept about animal physiology, imagined, that sensitivity is function of temperature of blood. By the way, owing to this error the fish семитическими was included by religions in the list постных dishes and her(it) did not disdain to regale even rithteous persons. Perish the thought them to condemn: religious experience oppress, as it(he) is great and high would be, does not cover experience of a science (as well as on the contrary); the science then was at children's age, and anybody, even rithteous persons, are not responsible(crucial) for an idea as if холоднокровные animals do not test a pain. But you see now we know, that it is bosh. Now you see we understand, that a fish dangling(hanging about) on a hook or coiling on sand, корчится from a pain, instead of from what another! Well, as? White copes of poetic contemplation with which we clothe in буколические hours of sitting with a fishing tackle, - whether забрызгиваются they up to loathing blood, slime, and interiors of alive essences, those which gambolled in transparent water and could live and is farther, if not ours, if one may say so, love to a nature?   Встречаются ещё рассуждения такого рода: в животном мире всё основано на взаимопожирании, с какой же стати человеку быть исключением? - Что среди животных на взаимопожирании основано всё - это ложь. Или мало животных, питающихся растительной пищей? Или не вырвали Провиденциальные силы из лап Гагтунгра сотни видов животных хотя бы в этом одном отношении? Разве мало среди природы совершенно безобидных существ, даже физически не приспособленных к мясной пище? Главное же - как под человеческим черепом смеет вообще шевелиться мысль, будто нравы животных могут нам служить образцом поведения? А если наших охотников восхищает "мужественность" в поведении хищников (кстати, это не столько "мужественность", сколько просто уверенность в своей физической силе и безнаказанности), то почему же не подражать этому хищнику, например волку, и в другом - ну, скажем, в растерзывании раненого или ослабевшего члена собственной стаи? Да и на каком основан ни останавливаться в своём подражательстве именно на хищных млекопитающих? Почему бы не взять за образец ещё более разительные обычаи - например, те, что царят у пауков: ведь там самец пожирается самкой сразу после оплодотворения? Думаю, что эта блестящая идея не приходит в голову нашим апологетам "звериного начала" лишь потому, что они, как правило, принадлежат к мужской половине человеческою рода. Если бы у пауков самку пожирал бы после родов самец, уж нашлись бы, вероятно, среди нас адепты столь мужественного образа действия.   There are some more such reasonings: in fauna all is based on взаимопожирании with what стати person to be exception? - That among animals on взаимопожирании all is based is lie. Or a little animal, eating vegetative food? Or have not pulled out Провиденциальные force from paws Гагтунгра of hundred kinds of animals even in this one attitude(relation)? Unless it is not enough among a nature of completely harmless essences which even physically have been not adapted to meat food? The main thing - as under a human skull смеет in general to move an idea as if customs of animals can serve us as a sample of behaviour? And if our hunters "courage" in behaviour of predators (by the way, it it is not so much "courage", how many simply admires confidence of the physical strength and impunity) why to not imitate this predator, for example to the wolf, and in the friend - well, say, in растерзывании раненого or the weakened member of own flight? And on what it is based to stop in the imitation on predatory mammal? Why to not imitate even more striking customs - for example, that reign at spiders: you see there самец it is devoured самкой right after fertilisations? I think, that this brilliant idea does not occur to ours апологетам " the animal beginning " only because they, as a rule, belong to a man's half человеческою sorts. If at spiders самку would devour after sorts самец, would be found, probably, among us adherents of so courageous image of action.   Но при всей своей уродливости, охотничий спорт не приносит теперь столько зла, сколько другой его источник, открывшийся, увы, лишь недавно, с развитием науки и просвещения.   But at all ugliness, the hunting sports do not bring now so much evil, how many his(its) other source which has opened, alas, only recently, with development of a science and education.   Беру "Практическое руководство для учителей средней школы", принадлежащее перу некоего Я. А. Цингера и выпущенное Учпедгизом в 1947 году под заглавием "Простейшие". Раскрываю на стр. 60 и читаю наставление о том, как на уроке естествознания следует ставить опыт по извлечению паразитов грегарин из кишечника мучного червя: "Червя вскрывают со спинной стороны и выделяют участок кишечника. Можно и просто отрезать у червя голову и задний участок и затем пинцетом вытащить кишечник сзади... Содержимое кишечника выдавливают на предметное стекло и, смочив водой, рассматривают при малом увеличении".   I take " Practical guidance for teachers of high school ", belonging перу certain J.A.Tsingera and issued Учпедгизом in 1947 under the title "Elementary". I open on page 60 and I read manual how at a lesson of natural sciences it is necessary to put experience on extraction of parasites грегарин from intestines of a flour worm: " the Worm open from the back party(side) and allocate a site of intestines. Simply it is possible and to cut off a head and a back site at a worm and then a tweezers to pull out intestines behind... Contents of intestines squeeze out on subject glass and, having moistened with water, consider(examine) at small increase ".   А что, рвоты у зрителей при этом не случается? уже привыкли? уже научились, с помощью педагога, подавлять в себе ужас и отвращение? уже умеют называть сентиментальностью естественную жалость? Пожалуй, даже "девчонкой" назовут мальчика, у которого при этом дрогнут руки или в глазах появятся боль, гадливость и стыд.   And what, vomittings at spectators thus do not happen? Have already got used? Have already learned, with the help of the teacher to suppress in itself horror and disgust? Already are able to name sentimentality natural pity? Perhaps, even "little girl" will name the boy at whom thus hands will tremble or in eyes the pain, disgust and shame will appear.   Переворачиваю две страницы. "Лягушку усыпляют эфиром... Можно и проще: взяв лягушку за задние ноги и держа брюшком кверху, сильно и быстро ударяют головой о выступ стола. Затем лягушку вскрывают с брюшной стороны..."   I overturn two pages. " The Frog lull an ether... It Is possible and it is easier: having taken a frog for back legs and holding брюшком up, strongly and quickly strike a head about a ledge of a table. Then a frog open from the belly party(side)... "   Может быть, действительно, таким способом дети получают наглядное представление о паразитах в кишечнике лягушки: представление, конечно, насущно необходимое каждому, без него невозможно жить. Но не менее наглядно демонстрирует педагог, любитель действий "попроще", также и человеческую гнусность.   Can be, really, in such a way children receive evident representation about parasites in intestines of a frog: representation, certainly, is essential necessary for everyone, without him(it) it is impossible to live. But not less evidently the teacher, the fan(amateur) of actions "попроще", as well shows human foulness.   Я ещё не затрагиваю принципиального вопроса о том, могут ли естественные науки обходиться без опытов на "живом материале". Но даже если бы эти опыты были печальной необходимостью, где же аргументы в пользу того, чтобы к ним приучать всех детей школьного возраста? Из этих детей не более 20% изберут какую-либо естественнонаучную или медицинскую специальность. Ради чего же глушить элементарное чувство жалости, калечить самые основы совести у остальных 80%? Ради какого ещё выдуманного "блага человечества" уничтожать лишние десятки и сотни тысяч подопытных животных? Для чего и зачем, по какому, наконец, праву уроки естествознания в школе превращать в уроки убийства и мучительства бессловесных? Как будто нельзя заменить эту кровавую кухню диапозитивами, моделями, муляжами! А если идти по старой дороге, то ведь сказав А, надо говорить и Б. Коли принять к руководству наглядный метод обучения, то почему бы учителю истории, рассказывающему об инквизиции, не устроить поучительную инсценировку, чтобы доходчиво растолковать ребятам, как применялись испанские сапоги, гаррота, дыба и прочие достижения науки и техники того времени?   I yet do not mention a question of principle about, whether natural sciences can do without experiences on " an alive material ". But even if these experiences would be sad necessity, where arguments for the benefit of that to them to accustom all children of school age? From these children no more than 20 % will select any natural-science or medical speciality. For the sake of what to guzzle elementary feeling of pity to cripple the bases of conscience at the others of 80 %? For the sake of what else invented " the blessings of mankind " to destroy superfluous tens and hundred thousand experimental animals? For what and what for on what, at last, right lessons of natural sciences in school to transform into lessons of murder and мучительства dumb? As though it is impossible to replace this bloody kitchen with slides, models, models! And if to go on old road you see having told And, it is necessary to speak and. Prick to accept to a management(manual) a visual teaching method of training, why to the teacher of a history telling about inquisition to not arrange an instructive performance intelligibly to explain to guys how the Spanish boots were applied, гаррота, дыба and other achievements of science and technology of that time?   А теперь ещё несколько слов о "живом материале" вообще. Кстати, естественники так привыкли к своей терминологии, что уже не замечают, конечно, какое моральное убожество, какое одеревенение совести слышится в этом противоестественном тупоутилитарном словосочетании: "живой - материал". - Так вот: о живом материале в научных лабораториях, вообще об этой методике в естественных науках. Сделанного не воротишь, умерщвлённых не воскресишь, и дискутировать о том, могла ли бы наука в предыдущие эпохи двигаться вперед без этого, - дело праздное. Но может ли она это теперь? Инстинкт экономии усилий виновен в том, что на эту методику, прямей и дешевле ведущую к цели, обратились взоры всех естественников. Став узаконенной, она кажется теперь многим единственной и незаменимой. Вздор! Лень тратить силы и время на разработку другой методики, да ещё государственная и общественная скупость - и ничего больше. Лень и скупость вообще качества малопочтенные, а когда они оказываются повинны в таких горах жертв - как по достоинству оценить их?.. Конечно, изыскание новой методики в одиночку - дело несбыточное. Тысячи молодых врачей, педагогов, научных работников, вступая на свой профессиональный путь, испытывают естественное отвращение к тем научным приёмам, которые связаны с мучительством и умерщвлением живых существ. Но дело обстоит так, что перед каждым таким работником встаёт дилемма: либо заглушить в себе сострадание рассуждениями о благе человечества, либо покинуть дорогу естественника совсем, ибо другой методики не существует. Понятно, что подавляющее большинство избирают первое и постепенно втягиваются в практикование этих бесчеловечных приёмов. Изыскание новой методики реально возможно только как результат длительных усилий большого коллектива - союза работников в различных отраслях естественных наук, посвятившего себя этой цели. А подобное предприятие может быть осуществлено лишь в том случае, если его будет финансировать экономически сильная инстанция, общественная или государственная.   And still more some words about " an alive material " in general. By the way, естественники so have got used to the terminology, that any more do not notice, certainly, what moral poverty what одеревенение conscience is heard in this unnatural тупоутилитарном a word collocation: " Alive - a material ". - And so: about an alive material in scientific laboratories, in general about this technique in natural sciences. Made you will not turn back, exterminated you will not revive and to discuss, whether the science could move to the previous epoch forward without it, - business idle. But whether she(it) can it now? The instinct of economy of efforts is guilty that on this technique, прямей and is cheaper conducting to the purpose, looks of all естественников have addressed. Becoming(beginning) legalized, she(it) seems now to much unique and irreplaceable. A nonsense! Laziness to spend forces and time for development of other technique, moreover the state and public avarice - and it is more than anything. Laziness and avarice in general qualities unenviable and when they appear повинны in such mountains of victims - how to appreciate them?.. Certainly, research of a new technique alone - business unrealizable. Thousand young doctors, teachers, science officers, entering on the professional way, test natural disgust for those scientific receptions which are connected with мучительством and killing of alive essences. But business is so, that before each such worker there is a dilemma: or to muffle in itself compassion reasonings on the blessing of mankind, or to leave(abandon) road естественника absolutely for other technique does not exist. Clearly, that overwhelming majority select the first and are gradually involved in практикование these brutal receptions. Research of a new technique really probably only as result of long efforts of the big collective - the union of workers in various branches of the natural sciences, devoted of this purpose. And the similar enterprise can be carried out only in the event that it(he) will be financed by economically strong instance, public or state.   Но и жертвы нашей "любви к природе", и жертвы нашей "жажды знания" - всё это лишь холмики, бугорки рядом с Монбланами, с Эверестами рыбьих трупов, вытаскиваемых на промыслах, и трупов коров и свиней, громоздимых на бойнях, - короче говоря - трупов, покупаемых нами в магазинах и поглощаемых за культурно сервированным столом. И ещё хуже того: утилитаризм технического прогресса достиг, наконец, вершин, на которых выяснилось, что экономичнее делать крабовые, например, консервы, не умерщвляя крабов, а с каждого из них сдирая панцирь заживо, отсекая клешни и полуживые останки выбрасывая назад, в море, на съедение кому попало. Хорошо бы изобретателю такой крабоконсервной машины дать отдохнуть несколько лет в одиночной камере: пусть на досуге поразмыслит над вопросом - человек ли он вообще. А ещё отрадней было бы, если б по другую сторону стены, в соседней камере отдохнул от забот об интересах казны тот премудрый хозяйственник, чьей рачительностью эти пытки для крабов и раков были внедрены в нашу промышленность.   But also victims of ours " love to a nature ", and victims of ours of " thirst of knowledge " - all this only холмики, бугорки near to Монбланами, with the Everest the fish corpses, вытаскиваемых on crafts, and corpses of cows and pigs, громоздимых on бойнях, - to put it briefly - the corpses bought by us in shops and absorbed behind culturaled serv table. And it is even worse than that: утилитаризм technical progress has reached(achieved), at last, tops on which it was found out that is more economic to do(make) crab, for example, canned food, not destroying crabs, and from each of them tearing off an armour alive, cutting claws and half-dead remains throwing out back, in the sea, on съедение to whom has got. Well to the inventor such крабоконсервной machines to give to have a rest some years in the single chamber: let at a leisure will think above a question - whether the person it(he) in general. And would be even more pleasant, if on other party(side) of a wall, in the next chamber that wise business executive by whose рачительностью these tortures for crabs and cancers were introduced into our industry has had a rest from cares of interests of treasury.   Но - хорошо, пусть безобразия подобного рода - крайности и скоро будут изжиты. А как же быть с мясом и рыбой как продуктами массового питания? как с производством кож? как с выделкой мехов? Если всё это даже не очень морально, разве это - не необходимость?   But - it is good, let disgraces of a similar sort - extreme measures and soon will изжиты. And how to be with meat and a fish as products of a mass feed(meal)? How with manufacture of leather(skin)? How with manufacture of furs? If all this at all very morally, unless it - not necessity?   Действительно, элемент необходимости здесь ещё налицо, но, по правде говоря, его уже гораздо меньше, чем думают. Можно сказать, что научный и социальный прогресс приближается, слава Богу, к такой ступени, когда от этой необходимости останется лишь тягостное воспоминание.   Really, the element of necessity here still is available, but, to tell the truth, it(him) is already smaller, than think. It is possible to tell, that scientific and social progress comes nearer, thank God, to such step when from this necessity there will be only burdensome memoirs.   В самом деле: прикладная химия с каждым годом усовершенствует заменители кож; искусственные меха становятся дешевле и доступнее естественных и если ещё уступают им в качестве, то со временем будет восполнен и этот пробел. Следовательно, создаются предпосылки к тому, чтобы употребление животных тканей в промышленности могло быть запрещено. Самый же трудный, действительно трудный вопрос - проблема рыбо-мясной пищи, которую многие считают необходимой для нашего организма.   Really: the applied chemistry with each year will improve substitutes of leather(skin); artificial furs become cheaper and is more accessible natural and if still concede to them in quality also this blank in due course will be filled. Hence, preconditions are created to that the use of animal fabrics in the industry could be forbidden. Most difficult, really difficult question - a problem of рыбо-meat food which many count necessary for our organism.   Но, собственно, почему же необходимой? Необходимы не мясо и рыба как таковые, а определённое количество углеводов и белков. Необходимо определённое количество калорий. Эти количества могут быть введены в наш организм и через другие виды пищи: блюда молочные, мучные, фруктовые, овощные. Притворяться, будто нам неизвестно, что на свете существуют миллионы вегетарианцев, и притом существуют совершенно благополучно, - приём несерьёзный, чтобы не сказать резче. Всем нам отлично известно даже то, что на свете вот уже тысячи лет существует многомиллионный народ, почти не употребляющий мяса: факт, неприятный, конечно, для нашей совести, но неоспоримый. Правда, в условиях северного климата для компенсации мясных и рыбных блюд потребуется больше других питательных веществ, чем в тропической Индии. Правда и то, что компенсация эта пока обходится дороже и, следовательно, не всем доступна. Вопрос, таким образом, в повышении общего материального уровня жизни. Но ведь то, что благосостояние человечества растёт в прогрессии, стало трюизмом. И время, когда компенсация эта станет общедоступна, - не за горами.   But, actually, why necessary? The certain quantity(amount) of carbohydrates and fibers are necessary not meat and a fish as such, and. The certain quantity(amount) of calories is necessary. These quantities(amounts) can be entered into our organism and through other kinds of food: dishes dairy, flour, fruit, vegetable. To pretend, as if we do not know, that on light there are millions vegetarians, and besides exist completely safely, - reception frivolous to not tell more abruptly. All of us know even that on light already thousand years there is the mullions-strong people which is almost not using meat: the fact unpleasant, certainly, for our conscience, but conclusive. To tell the truth, in conditions of northern climate for indemnification of meat and fish dishes it is required more than other nutrients, than in tropical India. The truth and that indemnification this while manages more dearly(expensively) and, hence, not is accessible to all. A question, thus, in increase of the general(common) material standard of living. But you see that well-being of mankind grows in a progression, became truism. And time when indemnification this becomes popular, - not far off.   Вырисовывается, следовательно, некоторая программа, цепь хронологически последовательных мероприятий, которые после прихода к власти Розы Мира станут реально осуществимыми.   Some program, circuit of chronologically consecutive actions which after coming to power of the Rose of the World become really feasible appears, hence.   Первая группа - мероприятия, проводимые без промедления: Запрет мучительных для животного способов его умерщвления - в промышленности и где бы то ни было. Запрет опытов на "живом материале" в школах и где бы то ни было, кроме специальных научных учреждений. Полный запрет опытов над животными без их усыпления или обезболивания. Создание и финансирование мощных научных коллективов для изыскания и разработки новой экспериментальной методики в естественных науках. Ограничение охоты как спорта и рыбной ловли, как развлечения задачею борьбы с хищниками. Такая перестройка воспитательной системы, которая способствовала бы развитию в детях дошкольного и школьного возраста любви к животным, любви бескорыстной, обусловленной не сознанием полезности данного вида, а органической потребностью любить и помогать всему слабому и отсталому. Широкая пропаганда нового отношения к животным.   The first group - the actions spent immediately: Interdiction of painful ways for an animal of his(its) killing - in the industry and no matter where. Interdiction of experiences on " an alive material " at schools and no matter where, except for special scientific institutes. Full interdiction of experiences above animals without them усыпления or anesthesia. Creation and financing of powerful scientists for research and development of a new experimental technique in natural sciences. Restriction of a hunt as sports and fishing, as entertainments задачею struggle against predators. Such reorganization of educational system which would promote development in children of preschool and school age of love to an animal, love disinterested, caused not consciousness of utility of the given kind, and organic need(requirement) to love(like) and help all weak and backward. Wide propagation of the new attitude(relation) to an animal.   Но суть этого отношения состоит ещё не в том, чтобы уберечь животных от мучительства и убийства человеком.   But the essence of this attitude(relation) consists yet in saving animals from мучительства and murders by the person.   Это - только негативная его сторона, и ничего нового тут нет. Позитивная же его сторона, действительно новая, заключается в том, чтобы оказать животному царству активную помощь в деле его совершенствования, в сокращении путей и сроков этого совершенствования. Что это значит?   It - only his(its) negative party(side), and anything new here is not present. His(its) positive party(side) really new, consists in rendering an animal empire the active help in business of his(its) perfection, in reduction of ways and terms of this perfection. What it means?   Это значит: установление "мира" между человеком и всеми животными, исключая хищников; изыскание средств к перевоспитанию некоторых хищных видов; отказ от использования каких-либо животных для нужд охраны; искусственное убыстрение умственного и духовного развития некоторых высших видов животного царства.   It means: an establishment of "world" between the person and all animals, excluding predators; research of means to re-education of some predatory kinds; refusal of use of any animals for needs of protection; artificial acceleration of intellectual and spiritual development of some maximum(supreme) kinds of an animal empire.   На развитие зоопсихологии придётся бросить немалые средства. Ничего! Никакие средства, даже в тысячу раз большие, не окупят зла, принесённого нами звериному царству на протяжении тысячелетий. Возникнет новый отдел знания - зоогогика, то есть педагогика животных. В итоге тщательного изучения будут выделены такие виды хищников, которые, подобно собаке и кошке, могут быть перевоспитаны. Ведь я напоминал уже о том, что на наших глазах бывший волк стал способен к усвоению растительной пищи, и это даже несмотря на то, что человек не заглушал, а, напротив, развивал в нём кровожадный инстинкт в интересах охотничьей и сторожевой службы. Если бы не это, какую веселость, кротость, доброту наблюдали бы мы теперь в собаке в придачу к её преданности, отваге и уму! И какие могут быть сомнения в том, что подобная работа над многими хищными видами, работа людей, вооружённых знанием психологии и физиологии животных, педагогики, а главное - силой любви, сможет перевоспитать, физически и умственно усовершенствовать, смягчить, преобразить их?   On development зоопсихологии will come to throw considerable means. Anything! Any means, even in one thousand times big, will not pay back the evil brought by us to an animal empire during millenia. There will be a new department of knowledge - зоогогика, that is pedagogics of animals. In a result of careful studying such kinds of predators which, similarly to a dog and a cat, can be re-educated will be allocated. You see I reminded already that on our eyes the former wolf became capable to mastering vegetative food, and it even in spite of the fact that the person did not muffle, and, on the contrary, developed in it(him) кровожадный an instinct in interests hunting and caretaking service. If not it, what cheerfulness, mildness, kindness would be observed by we now in a dog in придачу to its(her) fidelity, courage and mind(wit)! And what doubts what similar work on many predatory kinds, work of people armed with knowledge of psychology and animal physiology, pedagogics, and the main thing - force of love, can re-educate, physically can be and intellectually to improve, soften, change them?   Уже теперь собака в состоянии запомнить до двухсот слов. И запомнить не механически, как попугай, но вполне отдавая себе отчёт в их смысле. Это существо воистину колоссальных возможностей. Её развитие достигло того рубежа, когда вид совершает стремительный рывок вперед. От нас самих зависит, чтобы этот коренной сдвиг произошёл на наших глазах, чтобы неприспособленность некоторых органов собаки не затормозила его на столетия. Появление речи у собаки тормозится не общим её интеллектуальным уровнем, а чисто механическим препятствием в виде неблагоприятной структуры органов, для речи необходимых. Общее её развитие тормозится ещё одним препятствием: отсутствием у неё хватательных конечностей, вернее - неприспособленностью её лап к тем функциям, которые у нас выполняют руки. Разовьется ещё одна отрасль физиологии животных: наука о средствах биохимического воздействия на зародыш в направлении таких структурных его изменений, которые необходимы для ускоренного развития органа речи и для превращения передних лап в руки. Овладение же речью, хотя бы в объёме нескольких десятков слов, обратно воздействует на темп общего умственного развития, и через сотню лет люди будут иметь поразительного друга, сократившего, благодаря их помощи, предназначавшийся ему путь до расстояния в несколько генераций вместо сотен тысяч лет.   Already now the dog in a condition to remember up to two hundred words. And to remember not mechanically, as a parrot, but quite realizing in their sense. This essence truly great opportunities. Its(her) development has reached(achieved) that boundary when a kind makes prompt jerk forward. On ourselves depends, that this radical shift has taken place on our eyes that impracticality of some bodies of a dog has not braked it(him) for centuries. Occurrence of speech in a dog is braked not by its(her) general(common) intellectual level, and only mechanical obstacle as adverse structure of bodies, for speech necessary. Its(her) general(common) development is braked by one more obstacle: absence at it(her) хватательных finitenesses, is more true - impracticality of its(her) paws to those functions which at us carry out hands. One more branch of animal physiology will be developed: Science about means of biochemical influence for a germ in a direction of such his(its) structural changes which are necessary for the accelerated development of body of speech and for transformation of forepaws into hands. Mastering by speech, even in volume of several tens words, back influences rate of the general(common) intellectual development, and through one hundred years people will have the amazing friend who has reduced, due to their help, a way intending to it(him) up to distance in some генераций instead of hundreds thousand years.   Следующими кандидатами на путь ускоренного развития будут, вероятно, кошка, слон, медведь, может быть, некоторые виды грызунов. Лошадь, в умственном отношении продвинувшаяся весьма далеко, а в этическом имеющая несомненные преимущества перед кошкой и даже собакой, обладает, к сожалению, свойством, мешающим её скорому вступлению на этот путь: копытностью. То же самое относится к оленю и буйволу. У слона, обладающего изумительным хватательным органом, имеется другое тормозящее свойство: его размеры, требующие громадного количества пищи. Возможно, впрочем, что наука найдёт способы уменьшения его размеров и этим устранит основное препятствие к его стремительному умственному развитию. Можно полагать, что необыкновенное обаяние слона не убавится, если он, обладая даром речи, размерами не будет превышать нынешнего слоненка.   The following candidates for a way of the accelerated development will be, probably, a cat, the elephant, a bear, maybe, some kinds of rodents. The horse, in the intellectual attitude(relation) promoted rather far, and in ethical having doubtless advantages before a cat and even a dog, has, unfortunately, the property preventing its(her) fast introduction for this way: копытностью. The same concerns to a deer and a buffalo. The elephant having amazing хватательным body, has other braking property: his(its) sizes demanding enormous quantity(amount) of food. Probably, however, that the science will find ways of reduction of his(its) sizes and it will remove the basic obstacle to his(its) prompt intellectual development. It is possible to believe, that unusual charm of the elephant will not be lowered, if it(he), having gift of speech, the sizes will not exceed present слоненка.   Итак, по прошествии некоторого периода Роза Мира сможет осуществить вторую группу мероприятий: Запрет убийства животных для каких бы то ни было промышленных или научно-исследовательских целей. Резкое ограничение их убоя в целях питания. Выделение обширных заповедников во всех странах для жизни в привычных условиях тех животных, которые ещё не приручены. Свободное существование - и среди природы, и в населённых пунктах - давно одомашненных и новых прирученных видов. Планирование работы зоопедагогических учреждений во всемирном масштабе, перевод этого труда на высшую ступень, изучение проблем, связанных с обогащением высших животных даром речи. Особо внимательное изучение проблем, связанных с искусственным ослаблением в животных хищного начала.   So, on прошествии some period the Rose of the World can carry out the second group of actions: Interdiction of murder of animals for any industrial or research purposes. Sharp restriction of their slaughter with a view of a feed(meal). Allocation of extensive reserves in all countries for life in habitual conditions of those animals which yet are not tamed. Free existence - both among a nature, and in settlements - for a long time the cultivated and new tamed kinds. Scheduling зоопедагогических establishments in the world scale, translation of this work into the maximum(supreme) step, studying of the problems connected to enrichment of the maximum(supreme) animals by gift of speech. Especially close(attentive) studying of the problems connected to artificial easing in animal predatory of the beginning.   Так будет возрастать этот творческий труд совершенствования зверей - труд бескорыстный, вдохновляемый не нашими узкими материальными интересами, а чувством вины и чувством любви. Возрастающей любви, слишком широкой, чтобы замкнуться в рамках человечества. Любви, которая сумеет разрешить проблемы, кажущиеся неразрешимыми теперь; например: где же разместятся все эти животные, если человек прекратит их массовое убийство? Не повторится ли во всемирном масштабе то, что случилось с кроликами в Австралии, где они, размножаясь в непомерных количествах, превратились в бич сельского хозяйства? Но эти опасения похожи на мальтузианство, перенесённое в мир животных. Сейчас нельзя, конечно, предугадать тех мер, какие найдут и осуществят в этом направлении наши потомки. Наихудшим представляется установление определённой квоты: превышение её будет вынуждать общество конца XXI столетия прибегать к искусственному ограничению рождаемости животных. Однако не лишено вероятия, что этот вопрос будет разрешен иначе - путём, который на современном уровне естественных наук, техники, экономики и этики предвосхитить невозможно. Но даже в случае установления квоты, всё же это будет неизмеримо меньшим злом, чем совершающееся поныне. Сумма страданий, приносимых человеком, уменьшится колоссально, а ведь именно в этом и состоит задача.   So this creative activity of perfection of animals - work disinterested, inspired not our narrow material interests, and feeling of fault and feeling of love will grow. Growing love, too wide to become isolated within the framework of mankind. Love which will manage to resolve the problems apparent unsoluble now; for example: where all these animals if the person will stop their massacre will be placed? Whether what happened with rabbits in Australia, where they will be repeated in the world scale, being made multiple copies in unreasonable quantities(amounts), have turned to a scourge of an agriculture? But these fears are similar on мальтузианство, transferred in fauna. Now, certainly, it is impossible to foresee those measures what will find and will carry out in this direction our descendants. The worst represents an establishment of the certain quota: excess of her(it) will compel a society of the end of XXI century to resort to artificial restriction of birth rate of animals. However it is not deprived вероятия, that this question will be resolved(allowed) differently - in the way which on a modern level of natural sciences, engineering, economy and ethics to anticipate it is impossible. But even in case of an establishment of a quota, nevertheless it will be immeasurably smaller evil, than made until now. The sum of the sufferings brought by the person, will decrease enormously, and you see in it and the problem(task) consists.   Соответственно увеличится сумма приносимого добра, выражаясь по-индусски, прэм сагар - океан любви. Лев, возлежащий рядом с овцой или ведомый ребенком, - отнюдь не утопия. Это будет. Это - провидение великих пророков, знавших сердце человечества. Не в вольерах, даже не в заповедниках, а просто в наших городах, парках, рощах, лугах, не страшась человека, а ласкаясь к нему и с ним играя, работая с ним вместе над совершенствованием природной и культурной среды и над развитием своего собственного существа, будут обитать потомки современных зайцев и тапиров, леопардов и белок, медведей и воронов, жирафов и ящериц. Изобилие средств к жизни уже в следующем столетии достигнет размеров, кажущихся почти невероятными, и питание этих милых, мирных, ласковых и высокоразумных существ не будет составлять никакой проблемы. И придут поколения, которые будут с содроганием узнавать из книг, что не так ещё давно человек не только питался трупами умерщвляемых им животных, но и находил удовольствие в подлом их подкарауливании и хладнокровном убийстве.   Accordingly the sum of brought goods will increase, being expressed on - индусски, прэм сагар - ocean of love. A lion reclining near to овцой or conducted by the child, - at all утопия. It will be. It - a foresight of the great prophets knowing heart of mankind. Not in open-air cages, at all in reserves, and it is simple in our cities, parks, groves, meadows, not being frightened by the person, and caressing to it(him) and with it(him) playing, working with it(him) together above perfection of the natural and cultural environment and above development of an own essence, descendants of modern hares and tapirs, leopards and fiber, bears and ravens, giraffes and lizards will live. Abundance of means to life the next century will reach(achieve) the sizes apparent almost improbable, and feed(meal) these lovely, peace, tender and высокоразумных of essences will not make any problem. Also generations which with shudder will learn(find out) from books will come, what not so still for a long time the person not only ate corpses умерщвляемых him(it) of animals, but also found pleasure in mean them подкарауливании and cool murder. Приветствуется помощь в переводе даже небольших отрывков "Розы мира" на английский, немецкий, французский, итальянский или любой другой язык J

Книга V. Глава II | Содержание | Книга VI. Глава I